Главная Журнал «Россия и Запад: диалог культур» Главная Рубрики Политическая культура и идеологии Жоров Е.А. "Вопросы регионального развития Великобритании в деятельности правительства Дж. Мейджора (1990–1997)"

Жоров Е.А. "Вопросы регионального развития Великобритании в деятельности правительства Дж. Мейджора (1990–1997)"

Жоров Евгений Анатольевич

кандидат исторических наук,
декан исторического факультета

Челябинского государственного педагогического университета

Тел: (351) 2393649

e-mail: zhorovea@cspu.ru

Вопросы регионального развития Великобритании в деятельности правительства Дж. Мейджора (1990–1997)

Несмотря на изменения, произведенные в системе регионального развития Великобритании в годы правления М. Тэтчер, правительство Дж. Мейджора продолжило реформы на более гибкой основе. В 1990–1997 гг. была существенно изменена система местного самоуправления, превратившая Британию в высокоцентрализованную страну. Упорядочение деятельности Корпораций городского развития (Urban Development Corporations) и создание структур планирования в Англии (English Partnerships) стали эффективными мерами в области стимулирования регионального развития.

Ключевые слова: региональное развитие, местное самоуправление, городское развитие, органы планирования.

Regional Legacy of John Major's Years (1990–1997)

Despite the changes made to the system of regional development in the United Kingdom during the premiership of Margaret Thatcher, John Major's government continued the reforms in a more flexible manner. In 1990–1997 the system of local government was considerably changed, which turned Britain into a highly centralized country. Reordering Urban Development Corporations and the creation of planning authority in England (English Partnerships) proved to be effective measures in stimulating regional development.

Key words: regional development, local government, urban development, planning authority.

Великобритания имеет давние традиции регионального управления и занимает совершенно особое место среди развитых стран по методам проведения региональной политики. Это связано с тем, что исторически унитарное и децентрализованное Соединенное Королевство за последние несколько десятилетий прошло сложный путь модернизации организационных основ регионального развития. Сначала усилиями консерваторов были проведены реформы, превратившие Великобританию в высокой степени централизованную страну, а затем уже стараниями лейбористов осуществлены меры, направившие национальные регионы (кроме Англии) по пути деволюции. Другой особенностью регионального развития Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии является административная структура. Исторически обусловлено выделение на территории Великобритании 12 частей-регионов: Северная Ирландия, Шотландия, Северо-Восток, Северо-Запад, Йоркшир и Хамбер, Восточный Мидлендс, Западный Мидлендс, Уэльс, Восточная Англия, Юго-Восток, Юго-Запад и так называемый Большой Лондон. Регионы в свою очередь распадаются на графства, а в ряде случаев на округа и районы, в которых сосредоточены органы местного самоуправления.

Несмотря на то что региональная структура Британских островов считается достаточно устоявшейся, практически каждое правительство второй половины ХХ в. имело отношение к тому или иному изменению, связанному с географией или функционированием самих регионов и их составных частей. В данной статье речь пойдет о модернизации условий регионального развития Великобритании, осуществленной в период нахождения у власти консервативной администрации Джона Мейджора (1990–1997). Для удобства рассмотрения разделим региональную составляющую политики правительства на три компонента: изменение конфигурации субсидируемых районов развития, реформирование административной структуры Соединенного Королевства и поддержка городских программ.

Пересмотр границ субсидируемых правительственных районов

Правительство Мейджора, унаследовавшее от Маргарет Тэтчер переосмысленную региональную политику, сопровождавшуюся изменением границ и масштабов региональных диспропорций [подробнее см.: 2, с. 170–173], не остановилось на достигнутом. Одним из первых мероприятий новой администрации стал уже традиционный для консерваторов пересмотр границ субсидируемых правительственных районов (Assisted Area), осуществлявшийся ранее в 1979, 1980, 1982 и 1984 гг.

Новая карта районов развития была представлена Палате общин 26 июля 1993 г. и определяла те части Великобритании, которые имели право на получение помощи в рамках установленных программ регионального развития, предназначенных для привлечения инвестиций и создания новых рабочих мест [12, Vol. 229, col. 749–767]. Основные изменения были вызваны сдвигами в размещении и уровнях регистрируемой безработицы. Например, в юго-восточной Англии численность безработных увеличились с 8,4% в 1984 г. до 10,1% в 1993 г., в то время как во многих других районах, вопреки тенденциям, определявшим региональную политику при Тэтчер, роста безработицы практически не наблюдалось [12, col. 749]. По мнению доктора Грэма Гадджина – специалиста Северо-Ирландского экономического научно-исследовательского центра – указанные обстоятельства были вызваны тем, что в течение кредитного бума 1983−1989 гг. наиболее быстрый рост сектора услуг наблюдался именно в южных регионах (Юго-Восточном, Юго-Западном, Восточной Англии), где были зарегистрированы самые высокие объемы кредитования частного сектора. Поэтому конец бума, сопровождавшийся беспрецедентно высокими процентными ставками (15 %) и вызвавший значительное падение потребительского спроса, затронул южные регионы больше, чем северные. В результате в южных регионах (особенно на Юго-Востоке) быстро росла безработица, в то время как в Шотландии и Северной Ирландии она увеличилась незначительно [7, с. 20−21]. Именно с учетом указанных изменений и был осуществлен пересмотр карты субсидируемых районов, вступавшей в силу с 1 августа 1993 г. (см. рисунок).


Рисунок. Субсидируемые правительственные районы Великобритании

 

Источник: DTI/National Assembly for Wales/Scottish Executive, 2000.


Новая карта охватывала 33,8% работающего населения Великобритании, что на 1,2% меньше охвата предыдущей, установленной в 1984 г., однако территория, оказавшаяся в пределах границ субсидируемых районов, увеличивалась на 16% [12, col. 749–750]. Так, например, реформа учитывала высокий уровень безработицы в ряде районов Лондона (Лиэ Валли, Парк Роял и др.), что, наряду с действовавшими с начала 1980-х годов программами развития портовых территорий, свидетельствовало об устойчивом внимании правительства к развитию внутригородских ареалов столицы. Кроме того, часть восточных и особенно юго-восточных районов страны были включены в «зону поддержки». Правительство осознавало серьезные проблемы многих прибрежных городов (Грейт-Ярмут, Скегнесс и Гастингс) и районов, пострадавших от сокращений в военной отрасли (Барроу, Уэймут, Фишгард, Хаверфордуэст). Существенные изменения произошли в отношении Ист-Мидлендса и Йоркшира, получивших статус депрессивных районов в результате широкомасштабной реорганизации угольной отрасли, проведенной в 1980-е годы. Высокий уровень безработицы в Уэст-Мидлендсе стимулировал модернизацию Вулвергемптона и части Бирмингема [ibidem].

Конфигурация и общий охват карты субсидируемых районов Шотландии оставались в целом неизменными. Однако некоторые поправки в статус районов, жители которых совершали регулярные поездки на работу в большие города или агломерации (Travel to Work Area), были внесены с учетом обстоятельств [ibidem].

Площадь районов развития в Уэльсе была уменьшена в связи с относительным улучшением показателей безработицы во многих его частях, при этом особое внимание было уделено программам регенерации речных долин и деятельности «оперативной группы» Западного Уэльса, координирующей работу государственных и частных организаций, занимающихся регенерацией «внутренних городов» (inner city) [ibidem]. Кроме того, особый статус (по сравнению с другими районами, жители которых «путешествовали» в поисках работы) сохранял Северо-Восточный Уэльс.

Реорганизация территориально-административной структуры

Активное внедрение принципов частной инициативы в структуру регионального экономического развития, ставшее лейтмотивом преобразований на заре тэтчеризма, подталкивало правительство к реорганизации сложной административной структуры Соединенного Королевства. За время правления М. Тэтчер местное самоуправление, являвшееся одним из ключевых элементов региональной инфраструктуры Великобритании, было ослаблено [14, с. 46; 17, c. 120]. Перераспределение функций нашло дальнейшую поддержку и в курсе, проводившемся Джоном Мейджором [подробнее см.: 1, с. 94–119]. В частности, правительство решило, что Великобритания не нуждается в поддержании двухуровневой системы управления в виде графств и районов, и остановилось на мысли о создании унитарного местного самоуправления [9, c. 393]. Переход к унитарной системе должен был повысить степень ответственности местных властей и исключить дублирование исполнительных функций органов самоуправления [10, Vol. 189, col. 901], что было чрезвычайно важно с точки зрения эффективной организации регионального планирования.

Единая структура местного самоуправления, установленная специальным законодательством в 1963–1973 гг. в Англии, Шотландии и Уэльсе, впервые подверглась радикальному пересмотру еще в 1986 г. Тогда правительство М. Тэтчер упразднило двухуровневую систему в столице и английских городах-графствах, прекратив полномочия советов Большого Лондона, Большого Манчестера, Мерсисайда, Тайн-энд-Уира, Уэст-Мидлендса и Уэст-Йоркшира [5, c. 63]. Предполагалось, что дальнейшее реформирование административной системы Англии пройдет через пять этапов с 1994 по 1998 г., но из-за задержек, связанных с трудностями изучения общественного мнения, реформа затянулась [14, c. 52]. Вопреки намерениям правительства, специальной комиссией было подготовлено заключение, предполагавшее дальнейшее сосуществование новых унитарных образований и прежней двухуровневой системы самоуправления. В частности, не планировалось вносить изменения в административное устройство Базилдона, Брокстоу, Дартфорда, Эксетерна, Гедлинга, Глостера, Грэвшема, Хантингтоншира, Норхемптона, Нориджа, Рашклифа и Спелторна. В то же время унитарные образования должны были появиться в девяти административных округах: Блэкберн, Блэкпул, Джиллингем и Рочестер, Хэлтон, Уоррингтон, Питерборо, Таррок и Рекин [13, Vol. 273, col. 695–698].

Официально ход реформы отражался по состоянию на 1 апреля каждого года. Так, к апрелю 1995 г. единственным унитарным образованием на территории Англии являлось графство Айл-оф-Уайт, прежде состоявшее из двух уровней, представленных Советом графства Айл-оф-Уайт и Муниципальными советами Медины и Саут-Уайта. К этому же времени два небольших района графств Сюррей и Бэкингемшир были переданы графству Беркшир, обеспечив ему тем самым общую границу с Большим Лондоном. В следующем году в Англии были расформированы три графства (Эвон, Хамберсайд и Кливленд), а их районы образовывали унитарные администрации. Эвон расформировывался на четыре самостоятельных единицы (Бат и Северо-Восточный Сомерсет, Северный Сомерсет, Южный Глостершир и Бристоль). Районы графства Кливленд не претерпели пограничных изменений, а часть графства Хамберсайд севернее реки Хамбер и историческая часть Йоркшира, не считая г. Халл, который стал унитарной административной единицей, влились в новое образование, получившее название Восточного райдинга Йоркшира. Из оставшейся части Хамберсайда были сформированы еще два графства (Северный и Северо-Восточный Линкольншир). Йорк Сити (Северный Линкольншир) был расширен и выделен в самостоятельную единицу. За период с апреля 1996 по апрель 1997 г. районы Борнмут, Дарлингтон, Дерби, Лестер, Лутон, Милтон Кейнс, Пул, Портсмут, Ратленд и Саутгемптон образовали автономии. Кроме того, города Брайтон и Хоув слились в новый район Брайтон и Хоув.

Как и планировалось, административная реформа в Англии была завершена в 1998 г., но уже под руководством лейбористского правительства Т. Блэра. К 1 апреля 1998 г. города Блэкпул, Блэкберн с Дарвином, Хэлтон, Мидвей (Рочестер с Джиллингемом), Ноттингем, Питерборо, Плимут, Суиндон, Сток-он-Трент, Саутэнд-он-Си, Телфорд энд Рэкин, Торби, Тьюррок и Уоррингтон стали унитарными образованиями. Графство Херефорд энд Вустер расформировалось на Херефордшир и Вустершир с унитарными полномочиями. Графство Беркшир распалось на шесть независимых административных единиц, но так и не было упразднено [3].

Если для разрешения разногласий в ходе проведения реформы в Англии была создана специальная комиссия, то в Шотландии и Уэльсе соответствующие министры издали лишь консультативный документ, объявлявший о планах правительства по созданию унитарной системы местного самоуправления [4, c. 161]. В соответствии с Законами о местном самоуправлении 1994 г. (Local Government etc. (Scotland) Act; Local Government (Wales) Act 1994) с 1 апреля 1996 г. 32 новых унитарных образования (council areas) в Шотландии сменили 68 существовавших ранее округов и районов и восемь советов графств, и 37 районов Уэльса были заменены на 22 новые структурные единицы, 12 из которых имели статус графств (counties) и 10 статус города-графства (county boroughs) [6, c. 5; 14, c. 52]. Прежняя система организации местного самоуправления в Шотландии, состоявшая из округов и районов, была весьма непропорциональна по численности населения. Так, округ Стратклайд включал 19 районов с населением, превышающим два миллиона человек, а округ Бордерс имел всего четыре района и 100 тыс. человек населения. Реформа устраняла эту диспропорцию, так как новые «районы советов» населяло от 75 до 250 тыс. человек (за исключением г. Глазго (более 500 тыс. человек) и Клакманнаншира (50 тыс. человек). В Уэльсе реформа 1996 г. вновь возвращала на карту традиционные графства, упраздненные в 1974 г. (Кармартеншир, Кардиганшир, Денбишир, Флинтшир, Монмутшир и Пембрукшир), хотя и в несколько измененных исторических границах [3]. В то же время историческое графство Гвент (Уэльс) и регион Стратклайд (Шотландия) прекратили свое существование.

В Северной Ирландии местное самоуправление было реорганизовано еще в октябре 1973 г., когда двухуровневая структура была заменена новой, включавшей одноуровневые области окружного муниципального совета.

Таким образом, в Северной Ирландии, Уэльсе и Шотландии была создана единая унитарная система, в то время как в Англии сохранилась разноуровневая схема, включающая унитарные образования, округи и районы.

По мнению большинства исследователей, административная реформа, предпринятая правительством Джона Мейджора, не отличалась рациональностью, цели ее были расплывчаты, а результат едва ли можно было назвать успешным. Более того, еще на стадии обсуждения в правительстве реформа не вызывала симпатий у многих министров [20, c. 52]. По данным исследования, проведенного в октябре-ноябре 1993 г. авторитетной британской социологической службой MORI, среди опрошенных респондентов Западного Суссекса лишь 11 % поддерживали административную реформу и 9 % не одобряли [19, c. 464–465]. В итоге, вопреки международным тенденциям, реформа превратила исторически унитарную, но децентрализованную Британию в унитарную высокоцентрализованную страну [21, c. 645, 659].

Стимулирование программ городского развития

Еще в начале 1980-х годов консерваторами был осуществлен весьма важный сдвиг в планах регионального развития, означавший перенос внимания правительства с региональной на городскую его составляющую. Реализации указанного ориентира способствовали две инициативы, продвигавшиеся полярными политическими силами в правительстве Тэтчер, – создание Корпораций городского развития (Urban Development Corporation), вытеснивших местные органы власти в полуразрушенных территориях лондонских и ливерпульских доков и других бедных районов, и учреждение Городских зон предпринимательства (Enterprise Zones), освобождавшихся от любых видов административного контроля [подробнее см.: 2, с. 174–176].

На протяжении 1990-х годов программы восстановления депрессивных городских территорий получили новый импульс для развития. Расходы на поддержание Корпораций городского развития повысились до 600 млн фунтов стерлингов в 1990/91 финансовом году, хотя на протяжении ряда лет до этого колебались в районе 200 млн. Временами траты на поддержание КГР составляли самую значительную статью расходов на регенерацию. Так, в 1992/93 финансовом году они равнялись половине всех расходов на нужды развития внутригородских территорий. Значительные потоки государственных средств и частных инвестиций направлялись в Лондонский портовый район и другие основные объекты поддержки. Один только проект строительства Лаймхаус Линк-Роуд потребовал сноса более чем 450 жилых строений и стоил 150 000 фунтов стерлингов за каждый метр дорожного полотна [5, с. 364].

Одна из последних оценок деятельности Корпораций городского развития подтвердила, что они оказывали существенное влияние на географию британских городов посредством преобразования заброшенных земель и пустошей, а также эффективного восстановления промышленных объектов. Программы развития городов стали важными и неотъемлемыми инструментами регионального восстановления, но они не преследовали далеко идущих целей и редко отклонялись от намеченных территорий в интересах более широких экономических систем, поэтому их эффективность может быть оценена лишь на основе достаточно узких исполнительных индикаторов [5, с. 364]. С одной стороны, почти все местные органы власти стали принимать активное участие в реструктуризации локальной экономики, оказывая содействие новым фирмам, организуя научные, техно- и бизнес-парки, инновационные центры, вступая в различные формы партнерства с частным сектором. С другой стороны, бизнес все чаще стал принимать на себя ответственность за социально-экономическое развитие городов, сохранение окружающей среды, выделяя из своей прибыли часть средств на поддержку местных инициатив [18, с. 21].

В рамках другой контрактной программы, анонсированной в 1991 г. и получившей название «Городской вызов» (City Challenge), правительство приглашало к сотрудничеству отдельные муниципалитеты, на территории которых проживало обнищавшее население, обещая выделить в течение пяти лет 35 миллионов фунтов стерлингов тем из них, которые смогут представить конкурентоспособные предложения по освоению данных средств. Заявленные на конкурс схемы должны были объяснять не только стратегию освоения гранта, но и содержать детализированные предложения по достижению поставленной цели. Участникам конкурса следовало предоставить подтверждение в том, что жители подвластной им территории заинтересованы в реализации данного проекта. Кроме того, правительство интересовала степень, до которой частный сектор готов участвовать в финансируемом мероприятии [9, c. 395]. Одиннадцать победителей данной программы были названы 31 июля 1991 г., тогда же был анонсирован и второй раунд, к участию в котором приглашались все желающие [9, с. 396]. В итоге 16 программ – победительниц были дополнительно согласованы в 1993 г., а полные правительственные расходы на их реализацию составили 1,15 млрд фунтов стерлингов [5, c. 366]. Кроме того, в октябре 1990 г. правительство объявило об увеличении расходов на восстановление «внутренних городов» на сумму свыше 180 млн фунтов стерлингов за период с 1991/92 по 1993/94 финансовый год [11, Vol. 199, col. 494]. В сотрудничестве с частным сектором данные инвестиции позволили построить и запустить в эксплуатацию в депрессивных городских районах новые фабрики, жилые комплексы и торговые центры, а также существенно обновить инфраструктуру. Однако ввиду того, что средства на реализацию указанных программ выводились из бюджета других региональных фондов, несмотря на усовершенствование внутренних механизмов сотрудничества государственного и частного секторов, многие компоненты политики восстановления городов были недостаточно скоординированы [15, с. 32]. Именно поэтому в 1994 г. ресурсы программы «Городской вызов» были инкорпорированы в новое направление, предполагавшее создание единого бюджета регенерации (Single Regeneration Budget (SRB)). В рамках обновленной стратегии регионального развития правительство свело воедино 20 отдельных программ и фондов, за счет которых осуществлялось их финансирование, сохранив при этом конкурентный механизм распределения средств. Программа управлялась специально созданным Интегрированным региональным офисом Министерства по делам окружающей среды и уже в 1994/95 финансовом году распределила 1,4 млрд фунтов стерлингов. Основной целью ЕБР стало стимулирование занятости в депрессивных районах и привлечение частных инвесторов к программам регионального развития [15, c. 33]. Организованная на более гибкой и эффективной основе программа Единого бюджета регенерации стала существенным шагом вперед, совместив прежние организационные начала и обновленные механизмы координации региональной политики.

С появлением большого числа регионов, агентств и отделов на местах перед центральным правительством встал вопрос о необходимости координации их деятельности через специально созданные управленческие структуры регионального планирования. В соответствии с Актом о планировании и компенсации 1991 г. (Planning and Compensation Act) первичной функцией регионального руководства провозглашалось обеспечение необходимых рамок для подготовки структурных планов. Принятый в 1992 г. проект по руководству региональным планированием определял принципы и проблемы, представляющие интерес в региональном масштабе. Компетенция региональных органов планирования ограничивалась вопросами, очерченными в специальных планах развития, а сфера их применения зависела от условий в каждом конкретном регионе. Региональное руководство должно было разрабатывать общие параметры развития на период до 20 лет, а приоритетными направлениями деятельности таких структур провозглашались окружающая среда, транспорт, экономическое развитие, сельское хозяйство, полезные ископаемые, утилизация отходов и инфраструктура [16, c. 720].

В 1994 г. в рамках программы «Английские партнерства» (English Partnerships) были учреждены 10 специальных Офисов городского развития (GOs). Первоначально они курировали проекты и соответствующие финансовые потоки четырех отделов Уайтхолла – промышленности, окружающей среды, транспорта и занятости, выполняя функции региональных отделений указанных департаментов, но, как оказалось, правительственные офисы не были особенно успешными в том, что касалось усилий по координации деятельности центрального правительства в регионах. Им не хватало автономии, необходимой для реализации мощного интегративного потенциала, более того, неясными оставались условия подотчетности, в рамках которых они действовали. Региональные директоры, возглавлявшие Офисы, были ответственны перед главами министерств, определяющих программы развития и осуществляющих их финансирование. Это создавало сложности, при которых политики из одного департамента противоречили действиям чиновников из другого. Специальный комитет по торговле и промышленности подверг критике тот факт, что Уайтхоллу не хватало министерской ответственности за координацию работы ПО [8, c. 105–106].

Таким образом, Правительственные офисы представляли собой пример излюбленной Уайтхоллом административной революции сверху. Они должны были стать «глазами и ушами» в регионах, но не их адвокатами пред лицом центрального правительства. Однако, несмотря на обозначенные проблемы, связанные с функционированием ПО, они представляли собой одну из первых попыток центрального правительства привнести согласованность в действия на региональном уровне [8, c. 106]. В конечном итоге к 1997 г. управленческие структуры регионального и городского планирования были созданы во всех регионах Англии [16, c. 720], превратившись в преемственную программу, требующую определенной корректировки.

***

Таким образом, на протяжении 1990–1997 гг. консервативным правительством Джона Мейджора был продолжен тэтчеристский курс на повышение эффективности региональных экономических систем. Внедрение рыночных механизмов и элементов конкурентных торгов в деятельность структур регионального развития, предполагающих «борьбу» за расширенное финансирование, пересмотр карты субсидируемых районов в соответствии с принципом «проверки нуждаемости» и изменение организационной структуры местного самоуправления, способствовали постепенному формированию нового подхода к проблемам регионов, нацеленного на сокращение государственных дотаций, повышение ответственности бизнеса и муниципалитетов, контроль над эффективностью расходования средств.


Список литературы


  1. Жоров Е.А. Экономическая модернизация Великобритании: новый этап (1990–1997 гг.). Челябинск, 2010. (Zhorov E.A. Jekonomicheskaja modernizacija Velikobritanii: novyj jetap (1990-1997 gg.). Cheljabinsk, 2010.)
  2. Жоров Е.А. Тэтчеризм и регионы: начало пути // Сборник статей XIV Международной конференции «Россия и Запад: диалог культур» 24–26 ноября 2011 г. / Отв. ред. А.В. Павловская. М., 2012. Вып. 16. Ч. 3. С. 170–178. (Zhorov E.A. Tjetcherizm i regiony: nachalo puti // Sbornik statej XIV mezhdunarodnoj konferencii «Rossija i Zapad: dialog kul'tur» 24-26 nojabrja 2011 g. / Otv. red. A.V. Pavlovskaja. Moskva, 2012. Vyp. 16. Chast' 3. S. 170-178.)
  3. 1990s UK local government reform // Answers.com. The free encyclopedia. URL: http://www.answers.com (дата обращения: 27.04.2013).
  4. Bonefeld W. A Major crisis? The politics of economic policy in Britain in the 1990s. Aldershot, 1995.
  5. Cullingworth B., Nadin V. Town and Country Planning in the UK. L., 2006.
  6. Gazetteer of the old and new geographies of the United Kingdom. L., 1999.
  7. Gudgin G. Regional problems and policy in UK // Oxford Review of Economic Policy. Vol. 11. N 2. P. 18–63.
  8. Hazell R. The English Question. Manchester, 2006.
  9. Heseltine M. Life in the Jungle. My autobiography. L., 2001.
  10. House of Commons Hansard Debates. London, Session 1990–1991. Vol. 180–196.
  11. House of Commons Hansard Debates. London, Session 1991–1992. Vol. 198–205.
  12. House of Commons Hansard Debates. London, Session 1992–1993. Vol. 207–231.
  13. House of Commons Hansard Debates. London, Session 1995–1996. Vol. 267–282.
  14. Kingdom J. Centralization and Fragmentation: John Major and the Reform of Local Government // The Major Premiership: Politics and Policies under John Major 1990–1997 / Ed. by P. Dorey. L., 1999. P. 45–67.
  15. McCarthy J. Partnership, Collaborative Planning and Urban Regeneration. Aldershot, 2012.
  16. Murdoch J. Planning and the English regions: conflict and convergence amongst the institutions of regional governance // Environment and Planning. 1999. Vol. 17. N 6. P. 715–729.
  17. Reitan E. The Thatcher revolution: Margaret Thatcher, John Major, Tony Blair, and the transformation of Modern Britain, 1979–2001. Lanham, 2003.
  18. Regional Development in the 1990’s: The British Isles in Transition / Ed. by P. Townroe, R. Martin. L., 1992.
  19. Stoker G. Hearing but not listening: The Local Government Review Process in West Sussex // Public Administration. 1997. Vol. 75. Issue 1. P. 463–473.
  20. Williams H. Guilty Men. Conservative decline and fall 1992–1997. L., 1998.
  21. Wollmann H. Local Government Reform in Great Britain, Sweden, Germany and France: between multi-function and single-purpose organizations // Local Government Studies. 2004. Vol. 30. N 4. P. 639–665.


 
Нравится Нравится  
Из сборников конференции Россия и Запад:

Школа юного регионоведа

Основная информация
Запись в школу:

Заполните форму по ссылке - запись
E-mail: regionoved2005@yandex.ru
https://vk.com/public149054681


Выпуски журнала "Россия и Запад: диалог культур"