Главная Журнал «Россия и Запад: диалог культур» Главная Рубрики Межкультурная коммуникация и проблемы понимания Цинпаева Р.Ш."К вопросу о ценностно-смысловом наполнении терминов «благотворительность» и «филантропия» в России и на Западе."

Цинпаева Р.Ш."К вопросу о ценностно-смысловом наполнении терминов «благотворительность» и «филантропия» в России и на Западе."

Цинпаева Разият Шамиловна

преподаватель
кафедры региональных исследований
факультета иностранных языков
и регионоведения
МГУ имени М.В. Ломоносова
Тел.: 8(926)140-77-71
e-mail: raziyat.msu@gmail.com


К вопросу о ценностно-смысловом наполнении терминов «благотворительность» и «филантропия» в России и на Западе.

Вопрос терминологии в изучении благотворительности в России на данный момент остается одним из наименее разработанных с научной точки зрения. Интерпретация терминов «благотворительность» и «филантропия» во многом зависят от представлений отдельных ученых, поскольку, в отличие от западной науки, их значения размыты и не укоренены в понятийно-терминологическом аппарате науки. В статье предлагается рассмотреть ценностно-смысловое наполнение терминов в русскоязычной и англоязычной культурах с тем, чтобы положить основание для разведения терминов «благотворительность» и «филантропия», а также проследить культурно-обусловленную разницу в их трактовке.

Ключевые слова: благотворительность, филантропия, интерпретация терминов, культурная обусловленность


On a Question of Axiological Meaning of the Terms “Charity” and “Philanthropy” in Russian and Western Cultures.

Nowadays philanthropy terminology is hardly developed in Russian scientific thought, which means that interpretation of such terms as ‘charity’ and ‘philanthropy’ depends largely on the understanding of a researcher. Unlike Western science these remain ambiguous in the science nomenclature in Russia. The article aims to analyze axiological meaning of the terms “charity” and “philanthropy” both in Russian and Western cultures in order to distinguish between them with reference to the diversity of their cultural backgrounds.

Key words: charity, philanthropy, cultural diversity, axiological meaning



Благотворительность как объект исследования предоставляет широкие возможности для выбора проблем и предметов для изучения. Традиционно, как в России, так и на Западе, благотворительность рассматривается в свете изучения исторического процесса, явлений социальной жизни в определенную историческую эпоху; в тесной связи с подобным подходом находится изучение жизни и деятельности отдельных благотворителей и меценатов, а также благотворительных организаций. Другим направлением в изучении этого явления можно назвать изучение проблемы мотивации. Затрагивая в большей степени вопросы психологии и социальных и поведенческих норм, работы на эту тему, тем не менее, вносят серьезный вклад в изучение данного феномена. В последние годы все больше работ посвящено благотворительности на современном этапе, проблемам и механизмам ее осуществления.

Эти тенденции характерны как для западной, так и для отечественной науки, хоть и не в таких масштабах. Однако при все разрастающемся корпусе исследовательских работ, весьма незначительное внимание в российской исследовательской литературе уделяется проблеме терминологии, в то время как именно наличие четко детерминированных понятий и определений и делает исследование научным. Явление это, на наш взгляд, вполне объяснимо. Дело в том, что благотворительная деятельность как объект исследования обратила на себя внимание отечественных ученых относительно недавно. Несмотря на тот факт, что само явление уже давно существует в российской культуре и является ее неотъемлемой частью, теоретическое исследование этого феномена ведется лишь в течение последних тридцати лет.

В западной исследовательской литературе вопросы изучения феномена благотворительности поднимались на протяжении всего XX века, однако в большей степени касались изучения опыта США и Великобритании. Исследования деятельности в этой сфере других европейских странах появляются лишь к концу века. Тем не менее, существующий пласт исследований довольно подробно рассматривает вопросы терминологии, формируя определенную исследовательскую парадигму.

В современной российской науке, обращающейся к теме благотворительности, наблюдается размытие границ, смешение и зачастую подмена таких понятий, как «филантропия» и «благотворительность». Данная проблема встает довольно остро в процессе регионоведческого анализа феномена благотворительности. Изучая это явление как элемент культуры того или иного региона, мы сталкиваемся с необходимостью сравнительного анализа некоторых его аспектов, что неминуемо влечет за собой обращение к терминологии, принятой в данных культурах.

Сопоставительное изучение традиций благотворительности в России и на Западе (в частности, в США и Великобритании) дает обширный материал для исследования проблемы терминологии. Особое внимание в этой связи привлекает как само понятие, так и культурологическое содержание термина «филантропия» в русскоязычной и англоязычной культурах.

Классическое понимание данного термина, закрепленное в культуре, отражено, как правило, в толковых словарях. Итак, что же такое филантропия в англоязычной культуре? Philanthropy – altruistic concern for human welfare and advancement, usually manifested by donations of money, property or work to needy persons by endowment of institutions of learning and hospitals, and by generosity to other socially useful purposes [2]. (Филантропия – бескорыстная забота о человеческом благосостоянии и его улучшении, как правило, осуществляющаяся в форме денежных пожертвований, передачи собственности, предоставления работы нуждающимся людям, поддержки учебных заведений и больниц, а также пожертвований на другие общественно-полезные цели. - Пер. авт.). Для передачи сути филантропии часто используют такую поговорку, ставшую уже, классической, и, пожалуй, как нельзя лучше объясняющей разницу между понятиями «благотворительность» и «филантропия» в англоязычной культуре: Charity gives a person a fish; philanthropy teaches that person how to fish. (Благотворительность отдаст человеку рыбу, филантропия научит его рыбачить. – Пер.авт.).

Стоит, однако, обратить внимание на тот факт, что в английский язык слово «philanthropy» пришло из греческого лишь в начале XVII века. Следовательно, существовавшее до того времени «charity», более укоренившееся в культуре, долгое время совмещало в себе всю палитру оттенков значений, разведенных теперь в разные термины. Можно предположить, что именно в этой связи некоторые англоязычные исследователи отстаивают точку зрения на то, что благотворительность и филантропия явления настолько похожие, что могут использоваться как взаимозаменяемые, с разницей лишь в источниках и мотивации. Благотворительность — как проявление религиозного долга, а филантропия — как явление светское по происхождению, для него характерен приоритет любви к человеку, а не к Богу [см. например, 1].

Тем не менее, большая часть англоязычных исследований, посвященных этой тематике, начинается с того, что исследователь проводит четкую границу между понятиями «charity» и «philanthropy», подразумевая первое как единичный акт передачи денег нуждающимся, а второе  как  целую систему мер, направленных на улучшение положения нуждающихся, а именно: финансовая поддержка, обеспечение жильем, медицинская помощь, предоставление возможности труда и т.д.

Таким образом, в английском языке и в культурной традиции англоязычных стран, в частности Великобритании, наблюдается довольно четкое разграничение понятий и того содержания, которое они несут. Данная детализация значений применима не только в теоретических исследованиях, но и в жизни и проявляется, в частности, в характеристиках и названиях некоммерческих организаций.

Что же касается нашей страны, то в российской традиции филантропия рассматривается как, если не прямой, то почти полный аналог благотворительности. Это представление закреплено в большинстве толковых словарей, где «филантропия » определяется как благотворительная деятельность, оказание помощи и покровительства неимущим, нуждающимся [4].

В исследовательской литературе также чаще всего происходит подмена этих понятий [8]. Однако для многих исследований характерно то, что термин «филантропия» наиболее употребим, когда речь идет о современности. Если мы говорим о данном феномене в историческом контексте, чаще всего встречается термин «благотворительность». Возможно, в этой особенности и проявляется скрытое разделение этих понятий на основе особенностей, которые каждое из них под собой  подразумевает. Может возникнуть правомерный вопрос, почему российские исследователи должны следовать западной традиции в определении этих понятий, ведь слово филантропия греческого происхождения и может быть переведено как любовь к человеку, человеколюбие (от греч. phileo люблю, и anthropos человек). Однако по утверждению Г.Н. Ульяновой, одной из крупнейших исследователей истории благотворительности в России, сам термин «филантропия» (человеколюбие) пришел в Россию в конце XVIII века, но не из греческого, а из английского языка [11]. Исходя из этого, можем предположить, что прийти он должен был в нашу культуру с той смысловой наполненностью, которая была характерна для этого термина в англоязычной культуре.

Подтверждением тому может служить статья из Толкового словаря живого великорусского языка В.И.Даля: «Филантропия – человеколюбие, забота об улучшении участи человечества. Филантропическое общество, человеколюбивое – заведение, даровая школа, богадельня, и вообще богоугодное». На протяжении XIX века – в начале XX филантропические или человеколюбивые общества были очень распространены, обращаясь к истории благотворительной деятельности того периода, можно заметить, что частотность употребления терминов «филантропия» и «филантропический» довольно высока. Однако уже в конце XX века, когда после долгого перерыва в России вновь начали заниматься благотворительностью, термин «филантропия» и производные от него исчезли из употребления и начали появляться лишь в последние несколько лет, однако, как уже было отмечено выше, с несколько другим оттенком значения, а именно максимально приближенным к значению термина «благотворительность».

Таким образом, вырисовывается лишь круг проблем, решение которых осложнено, во-первых, тем фактом, что устоявшееся смысловое наполнение терминов «филантропия» и «благотворительность» в англоязычной и русскоязычной культурах не совпадают, а во-вторых, отсутствием у российского научного сообщества цели выработки общей терминологии в этой исследовательской сфере.

Для исследования проблемы представляется необходимым не просто формулировка определений терминов «благотворительность» и «филантропия», но четкая детерминированность их смыслового содержания, продиктованного культурологическими и региональными особенностями. Тот факт, что феномен благотворительности в России имеет свои особенности, сложившиеся в ходе истории под воздействием нашей культуры и нашей ментальности, делает слепое заимствование из английского языка терминов вместе с их смысловой наполненностью, характерной для англоязычной культуры, невозможным. Тем самым, детерминация смыслового наполнения терминов «благотворительность» и «филантропия» является предметом дальнейших исследований.

Литература:

  1. Bremner R.H. Giving: Charity and Philanthropy in History. New Jersey: Transaction Publishers, 1996
  2. Philanthropy// Dictionary.com: Толковый словарь английского языка [Электронный ресурс]/ Dictionary.com, LLC. Copyright © 2011 – Режим доступа: www.dictionary.reference.com/browse/philanthropy, свободный. – Загл. с экрана.(дата обращения – 25.04.16)
  3. Калякина, А.В. Традиции и коммерция //Мир музея. №4, 2013
  4. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка/С.И.Ожегов; под ред Л.И.Скворцова – М.: Оникс, 2010
  5. Павловская А.В  Россия и Запад: догнать и перегнать?//Россия и Запад: диалог культур № 1, 2012
  6. Павловский И.В.  О региональных доминантах. Материалы конференции «Россия и Запад: диалог культур», М., ЦВК, том 13, 2006
  7. Павловский И.В. Время и пространство в европейской и русской картине мира // Вестник Московского университета. Серия 19: Лингвистика и межкультурная коммуникация. Изд-во Моск. ун-та(М.), № 2, 2013
  8. Потенциал и пути развития филантропии в России/ под ред. И.В.Мерсияновой, Л.И.Якобсона. – Гос. Ун-т – Высшая школа экономики. – М.: Изд. дом Гос. Ун-та – Высшей школы экономики, 2010
  9. С.Г. Тер-Минасова Memento lingua! Помните о языке! Русский язык как зеркало двух революций//Столичное образование, № 206, 2013
  10. Тер-Минасова С.Г.  К вопросу о соотношении языка и мышления: прав ли Тютчев? Материалы IX международной конф. «Языки в современном мире», Томск. 2006
  11.  Ульянова Г.Н. Благотворительность в Российской Империи XIX- начало XX века – М.: Наука, 2005


 
Нравится Нравится  
Из сборников конференции Россия и Запад:

Школа юного регионоведа


Основная информация
Запись в школу:

Заполните форму по ссылке - запись
E-mail: regionoved2005@yandex.ru
https://vk.com/public149054681


Выпуски журнала "Россия и Запад: диалог культур"

№ 1, 2012 г.  
№ 2, 2013 г.  
№ 3, 2013 г.  
№ 4, 2013 г.  
№ 5, 2014 г.  
№ 6, 2014 г.  
№ 7, 2014 г.  
№ 8, 2015 г.  
№ 9, 2015 г.  
№ 10, 2016 г.  
№ 11, 2016 г.  
№ 12, 2016 г.  
  № 13, 2016 г.  
№ 14, 2017 г.  
 
№ 15, 2017 г.