Главная Журнал «Россия и Запад: диалог культур» Главная Рубрики Исторический контекст взаимодействия культур Павловский И.И. "Образ князя Игоря Старого в зарубежных источниках X века"

Павловский И.И. "Образ князя Игоря Старого в зарубежных источниках X века"

Павловский Иван Игоревич

К.и.н., преподаватель
кафедры региональных исследований
факультета иностранных языков и регионоведения
МГУ имени М.В.Ломоносова

E-mail: ic_culture@ffl.msu.ru

Образ князя Игоря Старого в зарубежных источниках X века

Аннотация: Данная статья рассматривает образ третьего князя Древней Руси, согласно Повести временных лет. Интерес представляют уникальные характеристики образа данного князя. Игорь Старый – первый русский князь, о котором достоверно известно из зарубежных источников, он первый русский правитель, против которого был развёрнут информационный проект византийцев. Широкий географический спектр источников (Византия, Скандинавия, Европа, Хазарский каганат) делает данную политическую фигуру ещё более актуальной, так как это первый правитель Руси, о котором известно у всех соседей русского государства.

Ключевые слова: Игорь Старый, Рюриковичи, имагология, образ правителя, Древняя Русь

Abstract: This article deals with the image of the third prince of Ancient Rus' according to Primary Chronicle. The unique features of this image are of great interest. Igor of Kiev is the first Russian prince, who is well-known in the West. He was the first Russian ruler, against whom Bysantium launched its information project. Broad geographical coverage of the sources foregrounds his personality as the first well-known Russian ruler.

Key words: Igor of Kiev, Rurikid dynasty, imagology, image of a ruler, Ancient Rus'

Князь Игорь является самым популярным князем из всех первых князей до середины X века. Вместе с тем его популярность не отделима от его «неудачливости», так как главная ассоциация практически во всех видах источников с князем Игорем это его поражение в походе на Константинополь в 941 году. Игорь, так или иначе, присутствует во всех четырех основных направлениях зарубежных источников. Учитывая отсутствие Рюрика и мистический ореол князя Олега, который появляется на страницах источников в отрыве от своего имени, можно сказать, что Игорь является первым князем, о котором есть достоверная информация в зарубежных источниках. Его имя известно всем направлениям зарубежных источников, кроме восточных источников, где в то же время известны дела Игоря. Тот факт, что Игорь является первым адекватно отображенным русским князем в иностранной литературе, может отчасти служить аргументом для тех историков, которые считают, что именно Игорь является родоначальником русских князей, а не Рюрик. Однако этот исторический спор для нас является второстепенным в данном исследовании.

Можно выделить два основных повторяющихся от источника к источнику сюжета, связанных с князем Игорем: поражение Игоря от «греческого огня» в походе 941 года и смерть князя Игоря от разрыва двумя натянутыми деревьями. Есть и исключение – скандинавские источники, в них присутствует князь Ингвар конунг из Гардов (русский князь), а также Ингвар конунг Альдейгьюборга (Старая Ладога) [4, c.273, 275]. Образ князя из Старой Ладоги можно отнести к князю Игорю по той причине, что, как нам известно, из Повести временных лет, именно оттуда князь Олег с малолетним Игорем направился на Юг в Киев. Князь Игорь – единственный князь из первых четырех правителей Древней Руси, чье имя зафиксировано в скандинавских источниках. Этот факт, как минимум, заставляет задуматься. Если связи Древней Руси и Скандинавии в IX-X веках (до Владимира I) действительно были такими тесными и интенсивными, как часто представляется, то должно были остаться имена и события, но их нет, за исключением упоминания имени Игоря. К примеру, что касается эпохи, начиная с Владимира, то она представлена не в пример более обширной информацией о русских князьях. Князь Игорь, упоминаемый в Саге о Стурлауге Трудолюбивом под титулом конунга из Гардов, в то же время не является отражением летописного Игоря, по событиям ему сопутствующим. Сюжет саги заключается в том, что Ингвар отказывается отдать свою дочь замуж за викинга, за что на него нападают, и он погибает в бою. Несмотря на противоборство с героями саги образ князя Игоря вырисовывается в положительном ключе: «мудрый и большой хёвдинг» [4, c.275] (правитель). В то же время трудно отнести этот комплимент насчет именно князя Игоря в силу того, что данное высказывание является классическим клише в скандинавских сагах.

Если исследователи Саги о Стурлауге Трудолюбивом часто видят в Ингваре упоминание об Игоре Старом, то в Саге об Ингваре Путешественнике, как правило, не обнаруживают никаких сходств с русским князем. В то же время они есть. Во-первых, многие события саги происходят на Руси. Во-вторых, в тексте саги присутствует множество греческих топонимов (Гелиополь, Цитополь), что также связано с самым известным политическим событием жизни князя Игоря. И наконец, в-третьих, Ингвар путешественник сталкивается с плавающими «большими островами», которые атаковали корабли Ингвара огнем из медных труб [4, c.250-251]. Необходимо сделать несколько оговорок: во-первых, события, описываемые в саге, относятся примерно к середине XI века, так как в начале саги упоминается конунг Ярицлейв (Ярослав Мудрый), во-вторых, Ингвар все-таки побеждает эти «острова» стрелами, зажженными священным огнем, и, в-третьих, сам Ингвар родился в Швеции. Несмотря на все эти оговорки, нам представляется слишком «удачным» совпадение имени и сюжета о морском сражении с применением «греческого огня», который, скорее всего, и подразумевается под огнем из медных труб плавающих «островов». Несмотря на то что люди на «островах» названы язычниками, все же трудно представить, чтобы это был кто-либо кроме византийцев, так как секрет «греческого огня» тщательно оберегался. Несмотря на то что в исследовательской литературе была выдвинута версия о раскрытии секрета греческого огня [5, c.461-462], нам представляется это дискуссионным вопросом, в силу малого количества документальных подтверждений. Главным же является тот факт, что все же именно Византия ассоциировалась с этим военным изобретением. Даже если предположить, что секрет «жидкого огня» был раскрыт, то в любом случае это относится только к арабо-персидскому миру, но никак не к скандинавскому. Видимо, сюжет о походе князя Игоря на Царьград и гибель его флота от «греческого огня» был настолько популярен во всем евразийском регионе, что он дошел в трансформированном виде и до Скандинавии. Без сомнения, Ингвар Путешественник – персонаж, не имеющий никакого отношения к Игорю Старому, кроме сюжета морского боя. Возможно, имя Ингвар слилось в исторической памяти с бытовавшим рассказом о русском князе Ингваре, с которым и случилась вышеупомянутая история. В таком случае это наглядно показывает, насколько популярной была история о походе князя Игоря и о технологической мощи его противников.

В восточных источниках Игорь присутствует под именем Хальгу Царя Русии в Кембриджском документе. Что же указывает на то, что это именно Игоря назван именем «Х-л-г-у» в данном фрагменте? Начнем с того, что хронологически это мог быть только Игорь, так как активную роль в этих событиях играет Роман I Лакапин [2, c.180-181], который правил с 920 по 944 года. Также в тексте письма упоминается гонение на евреев в царствование Романа Лакапина, которое, по мнению историков, произошло в 943-944 года. Главный аргумент – это все тот же «бродячий» сюжет о гибели русского флота от «макидонянского огня» [2, c.182], так поразившего всех на Западе и Востоке. Причина того, что князь Игорь запечатлен не под своим именем, может заключаться в том, что данный правитель не занимался активной восточной политикой, и в Хазарском каганате он мог быть второстепенной фигурой, не оставившей о себе памяти в общественном сознании.

В византийских источниках имеются упоминания похода князя Игоря на Константинополь. Во всех фрагментах рассказывается о доблести византийских полководцев, о варварстве росов, возглавляемых Игорем, а также о бесчисленном множестве русских кораблей (10 000) [1, c.179-181; c.185, 194, 206]. Практически во всех фрагментах, описывающих поход 941 года, в качестве главного фактора победы византийцев выдвигается «жидкий огонь» [1, c.179-181; c.185, 194, 206]. На самом разгроме флота Игоря византийцы не завершают повествование. Во многих источниках упоминается о бегстве росов к «Боспору Киммерийскому» (Керченскому проливу). Лев Диакон идет еще дальше и представляет картину гибели князя Игоря. По его словам, князь Игорь осуществил поход на неких германцев, но потерпел поражение и был привязан к двум нагнутым к земле деревьям, а после того, как их отпустили, его разорвало пополам [1, c.194]. Лев Диакон прямо называет судьбу князя Игоря «жалкой». В итоге можно отметить, что образ князя Игоря в византийских источниках - это предсказуемый образ побежденного. По отношению к нему византийцы не испытывают ни страха, ни особого отрицательного отношения, скорее демонстративную жалость и пренебрежение.

Частота упоминаний князя Игоря в западноевропейских источниках несильно уступает таковой в византийских источниках. Главным сюжетом является все тот же поход князя Игоря. В описании Лиудпранда Кремонского, написавшего об этом предположительно в 949 году по описаниям очевидцев, сюжет с походом обрастает новыми подробностями [3, c.38-40]. Также появляются и дополнения к образу князя Игоря. По словам Лиудпранда, Игорь возвращается на родину «в смятении». Также демонстрируется наивность и недальновидность Игоря, так как, по словам Лиудпранда, он решил не убивать византийцев, а взять их живыми. Можно предположить, что это было сделано с целью дальнейшей продажи этих пленных в качестве рабов. Недооценив, таким образом, византийцев, Игорь поплатился своим могучим флотом, который, правда, в описании Лиудпранда уже состоит из «тысячи и даже более» кораблей. Точно так же, как и в других источниках, решающую роль в победе византийцев сыграл «греческий огонь». Интересно, что в отличие от византийских источников, в которых их победа носила скорее технический характер, а также была поводом для подчеркивания византийского мужества и доблести, у Лиудпранда победа византийцев объясняется религиозным фактором, так как по Божьей помощи ветер на море утихает так, чтобы огонь византийцев не обратился против них самих. Также Лиудпранд объясняет победу византийцев следующими словами: «…милосердный и сострадательный Господь, который пожелал не только защитить почитающих Его, поклоняющихся и молящихся Ему, но и даровать им победу…» [3, c.40]. Таким образом, интересным получается тот факт, что эту сторону событий освящает представитель западноевропейского мира, а не византийского.

Подводя итог собранной информации по князю Игорю, можно предположить, что перед нами уникальный пример, связанный с русской историей, внешнеполитического давления путем распространения слухов. Византия использовала события 941 года в качестве идеологического рычага, распространив, скорее всего, целенаправленно среди большей части стран, с которыми она торговала информацию о неудаче похода князя Игоря и, главным образом, о применении «греческого огня». Византийцы не сделали акцент, как можно было бы от них ожидать, на религиозном факторе событий, главным элементом победы стал «жидкий огонь». Это была своего рода демонстрация военной мощи Византийской империи, наподобие военных парадов, которые в качестве одной из целей призваны продемонстрировать остальным участникам парада свое техническое превосходство. В данной политической акции образ князя Игоря был лишь использован для пропаганды идеи непобедимости Византийцев. В целом, приходится признать успех подобной идеологической акции в силу того факта, что это событие стало «хитом» всех источников евразийского региона о Древнем периоде истории Руси.

Список литературы:

  1. Древняя Русь в свете зарубежных источников: Хрестоматия. Том. II: Византийские источники.
  2. Древняя Русь в свете зарубежных источников: Хрестоматия. Том. III: Восточные источники.
  3. Древняя Русь в свете зарубежных источников: Хрестоматия. Том. IV: Западноевропейские источники. М., 2010. С. 38-40.
  4. Древняя Русь в свете зарубежных источников: Хрестоматия. Том. V: Древнескандинавские источники.
  5. Лютвак Э.Н. Стратегия Византийской империи. М., 2010.

 

 
Нравится Нравится  
Из сборников конференции Россия и Запад:

Школа юного регионоведа


Основная информация
Запись в школу:

Заполните форму по ссылке - запись
E-mail: regionoved2005@yandex.ru
https://vk.com/public149054681


Выпуски журнала "Россия и Запад: диалог культур"

№ 1, 2012 г.  
№ 2, 2013 г.  
№ 3, 2013 г.  
№ 4, 2013 г.  
№ 5, 2014 г.  
№ 6, 2014 г.  
№ 7, 2014 г.  
№ 8, 2015 г.  
№ 9, 2015 г.  
№ 10, 2016 г.  
№ 11, 2016 г.  
№ 12, 2016 г.  
  № 13, 2016 г.  
№ 14, 2017 г.  
 
№ 15, 2017 г.