Главная Журнал «Россия и Запад: диалог культур» Главная Рубрики Актуальные проблемы регионоведения Павловский И.В. "Задачи научно-учебной дисциплины регионоведения на факультете иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова"

Павловский И.В. "Задачи научно-учебной дисциплины регионоведения на факультете иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова"

Павловский Игорь Владимирович

д. и. н., профессор
кафедры региональных исследований
факультета иностранных языков
и регионоведения
МГУ имени М.В. Ломоносова
тел: (495)783-02-60
E-mail: igorpavlovskiyv@yandex.ru


Задачи научно-учебной дисциплины регионоведения на факультете иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова

В статье рассматриваются основные вопросы и аспекты, затрагиваемые научно-учебной дисциплиной регионоведение, и подход к их решению, в отличие от других научных дисциплин.

Ключевые слова: регионоведение, гуманитарные науки, регионоведение и цивилизационный подход, регионоведение и межкультурная коммуникация, регионоведение и геополитика.


Aims of Regional Studies as an Academic Discipline at the Faculty of Foreign Languages and Area Studies

The article considers the main aspects and problems to be dealt with within regional studies and methods of their solution as opposed to other academic disciplines.

Key words: regional studies, liberal arts, regional studies and civilization approach, regional studies and cross-cultural communication, regional studies and geopolitics.


Регионоведение – наука не настолько молодая, чтобы можно было говорить о ее появлении применительно к самому последнему десятилетию. Институт стран Азии и Африки МГУ пытался в практике своей педагогической деятельности уже в первой половине XX в. осуществить региональный подход к изучаемым культурам и странам. Иными словами, не только комплексно изучать регионы, не деля их на базис и надстройку, но также изучать и искусства, и экономики, и все остальные составляющие региона в совокупности, пытаясь вычленить некие их доминанты, которые (вне зависимости от этнического и религиозного фактора) определяли бы лицо данной цивилизации, влияя и на искусство региона, и на экономику, и на идеологию, и на религию, откуда бы они ни проникали в данный регион. Однако необходимо констатировать, что такой подход был практически потерян институтом к 1970-м годам, а главное – он не дал в научном смысле ни четко выработанного понятийного аппарата, ни ясных линий и приоритетов данного научного направления.

Говоря о появлении регионоведения в недавнем нашем историческом прошлом, можно заметить следующую важную деталь. Главным привлекательным моментом для гуманитарных наук начала XXI в. в региональном подходе стала его особенность, позволявшая адекватно в эпоху тотального наступления глобализации на культуры всех стран и народов оценить реакцию самобытных культур на эту глобализацию, вычленить ценности, которые самобытные культуры инстинктивно, несмотря на сознательно позитивное отношение к глобализации, пытались отстоять и, наконец, понять странные метаморфозы идей глобализации, под воздействием региональной культуры принимавших вид и формы, не соответствующие первоначальным замыслам, а скорее, сообразные принципам, столетиями культивирующимся  в данном регионе. Как это, например, произошло когда-то с идеологией Просвещения, которая из идеологии о правах и свободах превратилась в России XVIII в. в указ Екатерины II о битье крепостных крестьян за жалобу на помещика и ссылки их в Сибирь.

Исторической справедливости ради стоит заметить, что глобализация не является чем-то исключительно присущим нашему  времени. Как тенденция приобщения всех локальных культур к некой общечеловеческой культуре наиболее распространенным религиозным и идеологическим течениям нашей общей цивилизации, она существовала всегда, о чем свидетельствует пример с Екатериной II, касающийся совсем не нашего современного состояния глобализации. Распространяемые миссионерами и торговцами религиозные веяния, мода, способы торговли и способы хозяйствования, женские украшения и оружие, всегда пытались осуществить именно то, что сегодня в нашем сознании мы связываем с воздействием глобализации на современную культуру. Тактика боя и стратегия, виды вооружения, боевые колесницы, железное оружие вместо бронзового, распространение собственности и  вживание ее в социум действовали на самобытные культуры так же, как сегодня действует единообразная реклама в средствах массовой информации и распространение Интернета по всему свету.

Справедливости ради, нужно констатировать, что тысячелетия воздействия этих тенденций на самобытные культуры не истребило этой самой самобытности. Периодически в исторической науке появляется мысль, что взаимодействие с ценностями общечеловеческой культуры не губит или умаляет самобытность локальных культур, а, наоборот, усиливает эту самобытность, усугубляет ее. Так, каждый раз, обсуждая проблему соотнесения культуры Древней Руси до принятия христианства и после, исследователи часто констатируют, что Русь стала в культурном отношении дальше от христианских народов Европы или Византии, чем до принятия общемировой религии.  Аналогично можно воспринимать деятельность Петра I, который, как писал П.Я. Чаадаев, «накинул мантию европейского образования» на нашу страну. Большинство исследователей констатируют отдаление после петровской России от Европы, усугубление локальной самобытности нашей культуры. Персидская держава Дария V не была такой уж далекой от македонской Греции времен походов Александра Македонского. Но, испытав многоаспектное воздействие культуры Греции, к моменту создания Парфянской державы в ней проявилось гораздо больше «азиатских» отличий от греко-римской культуры, чем держава Дария V.

Регионоведение, как никакая другая гуманитарная наука, позволяет взглянуть на законы взаимодействия общечеловеческого и регионального, заставляющие глобальные религии и глобальные идеи принимать именно те или иные местные, самобытные, региональные формы, которые только возможны для существования в данном конкретном регионе. В этом смысле регионоведение, на мой взгляд, является не тем научным направлением, которое комплексно изучает региональные культуры, сваливая в одну корзину географию, климат, экономику, литературу, язык и прочие производные культуры, а также пытается найти в хаосе всех лучших достижений литературоведения и искусствоведения некий общий знаменатель данной культуры. Регионоведение мне представляется научным направлением, что ищет те региональные константы и доминанты региона, которые существуют и функционируют вне зависимости от факторов климатических, религиозных, языковых. Те константы и доминанты региона, которые в свою очередь оказывают на эти производные региональной культуры свое мощное воздействие, подчиняя их себе, видоизменяя их так и настолько, чтобы приспособить их к адекватной жизнедеятельности в условиях данного региона. Это, скорее, не проблема воздействия языка, этнического или религиозного факторов на культуру региона, а, напротив, воздействие особенностей региона на этнос и его характер, религию и ее своеобразие, на язык и его особенности. Достаточно вспомнить, что Латинская Америка приняла вероисповедание по римско-латинскому образцу, а можно ли без огромного усилия увидеть в бразильских карнавалах католическую традицию, очень большой вопрос, даже если мы не будем касаться вопроса о бытовом характере религиозности бразильцев.

Глядя с исторической перспективы на современность, можно констатировать огромное преимущество регионоведения по сравнению даже с так называемым цивилизационным подходом к изучению культур. Цивилизации, сколько бы им ни давали сроку жизни Н.Я. Данилевский или А.Д. Тойнби, или О. Шпенглер с Л.Н. Гумилевым, все смертны. Регион же причудливым образом всегда сохраняет свою самобытность: до родившейся цивилизации, во время ее жизнедеятельности и после ее исчезновения. Пример кочевых цивилизаций гор Загрос периода Шумера и Вавилона, затем формирования Персидской державы и ее гибели, создания государства Иран демонстрирует исследователям, что ни смена этнического составляющего, ни религиозного не уничтожает главных доминант региона – активного социума, сильных демократических традиций и творческого отношения к вопросам государственной власти и религии.

Для того чтобы изучать регион как фактор, формирующий культуру, представляется необходимым выйти за пределы культуры языка, культуры этнической и культуры религиозной. Многие исследователи, например лингвисты, вводя термин «языковая картина мира», так или иначе, пытаются именно абстрагироваться от аспектов этнических и религиозных, пытаясь сосредоточить внимание на ощущении восприятия индивида данной культуры, например в вопросах времени, пространства. Была ли домонгольская Русь культурно идентична послемонгольской? Вопрос остается по сегодняшний день интересным для исследователей, но элементарный анализ текстов покажет нам, что пространственно-временное восприятие реальности везде одинаковое. В то же время это восприятие значительно отличалось от западноевропейского. Взять, хотя бы наиболее часто употребляемую форму начала сказок. У нас пространственная отсылка –  «в некотором царстве, в некотором государстве», а у них – once upon a time – временная отсылка. Кроме того, разница прослеживается вплоть до наших дней. Известный французский фильм с Жаном Рено, где рыцари Средневековья попадают в современность, показывает, что изменения наскучивших зрителю реалий возможны только при путешествии во времени. Тогда, как у нас «Окно в спальне», «Иван Васильевич меняет профессию», становится ясно, что изменение наскучивших реалий видится только при путешествии в пространстве, а при путешествии во времени реалии остаются прежними. «Скажи Федь, а у вас тут можно найти магазин, где сдают ювелирные изделия? – Сделаем!..»

По сути, многое из того, что мы делали для изучения так называемых национальных культур или же особенностей национального характера, вполне может пригодиться для исследовательской работы по регионоведению. Национальный характер мы изучали, как правило, именно в рамках региона, совершенно абстрагируясь от того, что на территории региона изначально существовал смешанный этнос, даже когда речь шла о государственно образующем этносе. Тем более, изучение национального характера таких государственных объединений, как Русь любого периода, Византия,  Германия, всегда сталкивает нас с той проблемой, что моноэтнического состава они никогда не имели. Важнейшие же составляющие региональных культур, такие как деловая культура, этико-правовое мышление и т. д., для всех этносов были практически общими, если иметь в виду особенности этой культуры по отношению к соседям.

На мой взгляд, можно было бы начать плодотворно изучать культуру региона, например в следующих аспектах.

Пространственно-временное восприятие (акцент на прошлом или будущем, восприятие пространственного положения своей культуры, приоритетное внимание к прошлому, настоящему или будущему времени, отношение к соседям по пространству и обязательства к ним). Этико-правовое видение личности, общества (приоритеты общественного или личного, государства и его же институтов, истины и закона, здравого смысла и логики). Обязательства культуры региона перед историей и провидением (роль в истории, как, например, у немцев, которые всю свою жизнь как между Сциллой и Харибдой стараются между стремлением вписаться все-таки в цивилизацию сначала Римской империи, потом культурной Европы и желанием быть культуртрегерами для стран и народов Восточной Европы).

Большое значение имеет характерная для  индивидуумов региона оптимальная дистанция общения между личностями в процессе их общения,  важно также зафиксировать, в чем представителю региона  видится положительная активность в общественной и личной жизни, а в чем положительная созерцательность. Регионы различаются и тем, что у одних в культуре наблюдается приоритет формы, как, например, у итальянцев, а у других –  основное внимание уделяется всегда содержанию в ущерб форме, как у русских. Разные регионы воспринимают космогоническо-провиденческий аспект  жизни неоднозначно. Разумеется, приоритетное значение в момент написания учебника должно быть уделено поиску и формированию понятийного аппарата нашей новой гуманитарной дисциплины. И дело даже не столько в разведении в разные стороны краеведения и регионоведения, сколько в формировании принципов и подходов анализа региональной культуры, закрепленных в терминах, понятиях и ключевых словах.

Географию и климат, скорее всего, следует воспринимать не как фактор, который как-то влияет на региональную культуру, а как фактор, вопреки которому региональная культура чудесным образом продолжает свое существование. С помощью этноса и государства регион с его своеобразием может расширять границы, оказываясь доминантой по отношению к впитываемым регионам. И климат, как показывает опыт распространения казачества, мало что меняет в укладе традиционной культуры.

Сам по себе регион рассматривается как территориально-культурная общность, имеющая по отношению к соседним регионам свои специфические черты. То что внутри региона, естественно, могут и должны быть субрегиональные отличия, не должно смущать исследователей. По отношению к субрегионам  целесообразна их классификация по функциональной значимости для всего региона. Так, к примеру, Восточная Пруссия была для Германии кузницей офицерских кадров, частично поделив эту функцию с Австрией, – кузницей идеологов национальной германской идеи. С точки зрения музыкальной и литературной этот субрегион мало дал громких имен. В России также Дон выступал поставщиком для русской армии наибольшего количества представителей высшего офицерского корпуса. В Италии Кремона, с точки зрения того что там работали такие мастера скрипичного дела, как Амати, Страдивари и Гварнери, не имеет себе равных и, кстати, по сегодняшний день производит самые интересные скрипичные инструменты в Италии. Есть также места сосредоточения литературного духа региона и т. д.

Геополитический аспект, безусловно, весьма любопытен и востребован в системе образования, но воспринимается, скорее, как прикладная регионоведческая дисциплина.

Список литературы:

  1. Елистратов В.С. Регионоведение: «ищите термин!» // Актуальные проблемы регионоведения. Вып.2. М.,2007. (Elistratov V.S. Regionovedenie: «ishhite termin!» // Aktual'nye problemy regionovedenija. Vypusk vtoroj. M.,2007)
  2. Маринин О.В. «Пойди туда, не знаю куда…» Заметки историка о понимании термина «регион» как предмета исследования//Актуальные проблемы регионоведения. Вып.2. М.,2007. (Marinin O.V. «Pojdi tuda, ne znaju kuda…»   Zametki istorika o ponimanii termina «region» kak predmeta issledovanija  //Aktual'nye problemy regionovedenija. Vypusk vtoroj. M.,2007)
  3. Павловская А.В. Специальность «регионоведение» на факультете иностранных языков и регионоведения МГУ имени М.В. Ломоносова: итоги и перспективы // Актуальные проблемы регионоведения. Вып.2. М.,2007. (Pavlovskaja A.V. Special'nost' «regionovedenie» na fakul'tete inostrannyh jazykov i regionovedenija MGU imeni M.V. Lomonosova: itogi i perspektivy // Aktual'nye problemy regionovedeniya. Vypusk vtoroj. M.,2007)
  4. Павловский И.В. О региональных доминантах // Актуальные проблемы регионоведения. Вып.2. М.,2007. (Pavlovskij I.V. O regional'nyh dominantah // Aktual'nye problemy regionovedenija. Vypusk vtoroj. M.,2007)
 
Нравится Нравится  
Из сборников конференции Россия и Запад:

Школа юного регионоведа


Основная информация
Запись в школу:

Заполните форму по ссылке - запись
E-mail: regionoved2005@yandex.ru
https://vk.com/public149054681


Выпуски журнала "Россия и Запад: диалог культур"